Мы живем в 1981 году. Это я понял из всех историй про Маргарет Тэтчер.

Вот сейчас в нашей России вот эти кейнсианцы, посткейнсианцы, неокейнсианцы и прочие кейнсианцы в лице Путина и прочих руководителей госкорпораций, они ведут дело к тому, что они увеличивают государственные расходы. Им кажется, что это приведет к изменениям. Вот мы видим, денег все больше и больше разворовывается, эффекта нет, инфраструктура не растет. А они все равно упорствуют и говорят "Трясти надо. Надо еще больше вкладывать".


К.РЕМЧУКОВ: Ну, для меня она – представитель того экономического направления, которое олицетворяет экономику предложения. Тэтчеризм и Рейганомика были 2 успешных направления в экономической политике, которые преодолели последствия Кейнсианской политики, посткейнсианства.

Кейнс был английский экономист, который с 30-х годов активно оказывал влияние на экономическую политику Великобритании. Суть кейнсианской доктрины сводилось к воздействию на так называемый эффективный спрос. Эффективный спрос – это с помощью государственных расходов недостающий спрос таким образом добавлять, в том числе и путем печатания денег, с тем, чтобы можно было поддерживать эффективную занятость. Под эффективной занятостью Кейнс понимал безработицу не выше 3%, то есть это эвфемизм – на самом деле, не полная занятость, а с 3% безработных, чтобы эти 3% оказывали давление на рынок труда с тем, чтобы люди совсем дурака не валяли и как-то дорожили рабочим местом. И вот эта политика лежала в основе политики доходов (ключевая вещь была), потому что и американская, и германская, и британская экономические политики фиксировались на политике доходов людей. И отсюда все вот эти социалистические, перераспределительные тенденции.

И когда в 70-х годах кризис в Великобритании вот такого государственного вмешательства привел, с одной стороны, к тому, что политика все время смотрела: безработица выросла – давай мы будем воздействовать на занятость, начинает раскручиваться инфляция – давай будем воздействовать на инфляцию. Stop and go, stop and go. Очень короткие кусочки временные, нету никакой последовательности. В результате пришло явление, которое получило название стагфляция, когда есть и стагнация, нет экономического роста, и есть инфляция.

И вот появляется Тэтчер, которая воспользовалась теоретическим, методологическим каркасом того, что делали Фридман и Хайек. Суть очень простая. Все проблемы в экономиках стран от избыточного вмешательства государства. Это провал, прежде всего, государства, это не провал рынка.

Что нужно сделать? Нужно, прежде всего, инфляцию побороть. И вот тогда появилось понятие «таргетированная инфляция». То есть цель мы устанавливаем, а таргетировать инфляцию – это значит регулировать количество денег предложением. Таким образом произошел коренной поворот, как сказали бы в советское время, от экономики спроса (и у нас до сих пор так мыслят многие экономисты уважаемые «мы должны стимулировать спрос») к экономике предложения. А предлагается что? Деньги. А деньги предлагаются за счет цены этих денег. Вот, какая будет ставка рефинансирования, столько будут стоить деньги, по такой цене деньги попадут в экономику.

Но с тем, чтобы мы могли быть уверены, что деньги, оказавшись в руках частного предпринимателя, начали работать, мы должны что сделать? Мы должны всячески стимулировать конкуренцию. Таким образом количество денег и поощрение конкуренции с тем, чтобы именно частный бизнес являлся двигателем развития. Это создавало долгосрочные предпосылки для развития. Не государственные инвестиции, а частные инвестиции, которые реагируют на вот эти денежки.

Поэтому с этой точки зрения то, что Тэтчер совершила... А поскольку вы должны были сокращать дефициты бюджета, естественно, расходы, отсюда она профсоюзы... Она запретила практически одиночные пикеты, которые вокруг предприятий, забастовки солидарности (это такая модная тема была), она все это под корень, она абсолютно была жестко. Она считала, что профсоюзы, вся эта социалистическая ерунда – это причина вот этих неудач.

То есть они уже подошли к тому, что в 1981 году показатель возврата на инвестицию достиг уже 2% в Англии, то есть всё, уже капитал не мог развиваться. Если только 2%, то у тебя высокая инфляция это съедает. И капитал начал уходить из страны. Когда капитал уходит из страны, то усиливается вот эта вот безнадега, потому что и денег нет, и развиваться некому, и люди все уходят.

И она создала предпосылки на 20 лет, вот такой тренд повышения конкурентоспособности британской экономики. То есть все, что она делала, на самом деле, был другой способ, чем до этого в XX веке создавать долгосрочные предпосылки роста. До сих пор долгосрочные предпосылки роста в экономической роли выводили из долгосрочных инвестиций государства. Считалось, что если государство вкладывает деньги и вкладывает, и вкладывает, и вкладывает... Вот сейчас в нашей России вот эти кейнсианцы, посткейнсианцы, неокейнсианцы и прочие кейнсианцы в лице Путина и прочих руководителей госкорпораций, они ведут дело к тому, что они увеличивают государственные расходы. Им кажется, что это приведет к изменениям. Вот мы видим, денег все больше и больше разворовывается, эффекта нет, инфраструктура не растет. А они все равно упорствуют и говорят «Трясти надо. Надо еще больше вкладывать».

Вот сегодня, по-моему, сообщение было, у нас, вроде, завтра в газете будет статья о том, что вместо приватизации Россельхозбанка предлагают госкорпорацию на его основе сделать. Вместо того, чтобы государство получило 55 миллиардов рублей, продав акции этого банка, оно сделает госкорпорацию и еще будет.

То есть, понимаете, вот эти кейнсианские мозги, вот, они и в Англии были, потому что, все-таки, Кейнс, написав свою книгу «Теория занятости, процента и денег» в 1936 году, он превратился, вот, как Маркс для наших был. Это просто гуру, потому что он все увидел: теория занятости, процента и денег, какой должен быть процент, какая стоимость денег, какая должна быть занятость.
И вдруг она берет и все переворачивает, и говорит «Нет, будет вот так, потому что я хочу будущего процветания Англии». И она доказывала. Люди верили, что, оказывается, за ее жесткой позицией в отношении ли заключенных, в отношении ли шахтеров, которые там голодали, всегда стоит одна позиция: будущее Англии, она хочет видеть Англию великой. Я вот этого сейчас не вижу у политиков, которые с такой твердостью настаивали на экономическом курсе, который приведет к будущему процветанию.



promo nesovet may 2, 2013 12:15 43
Buy for 20 tokens
Ремонтирую любые объективы на любые камеры. Никаких секретов, все ноу хау и сам процесс на ссылках далее Сравнительные тесты старых и современных. Контакты на сайте мастерской NIKONSERVIS ИНОСТРАННЫЕ ОБЪЕКТИВЫ SUMMICRON M 90mm EOS адаптеры на другие системы Юстирую CANON…
Если бы Тетчер была во главе России или Украины ее бы назвали деспотом, диктатором и т.п. А как для Англии то все нормально